www.mvd.gov.by

Служим Закону, Народу, Отчизне!

220030, Минск
ул. Городской Вал, 4

Круглосуточный
единый номер: 102

Государственная автоинспекция

Гражданство и миграция

Административные процедуры

Учебные заведения

Главное управление по наркоконтролю и противодействию торговле людьми

Главное управление охраны правопорядка и профилактики

3 февраля 2016Цена кота в мешке


По оценкам ООН, в 2014 году объем контрафактной и фальсифицированной продукции превысил 250 миллиардов долларов, и эта цифра лишь приблизительная, ведь в статистике попросту не учтены многие страны. А в минувшем декабре в Минске прошел очередной форум «Антиконтрафакт–2015», на котором эксперты искали лучшие механизмы борьбы с фальсификатом внутри Евразийского экономического союза. Но как обезопасить себя простому покупателю? Какие товары чаще всего подделывают? И вообще насколько остро стоит проблема контрафакта в нашей стране? Ответить на эти вопросы газета «Советская Белоруссия» пригласила начальника отдела государственного надзора и контроля Госстандарта Игоря БУССЕЛЯ; директора Белорусского государственного института стандартизации и сертификации Ирину ОСМОЛУ; начальника управления контроля потребительского рынка — торговой инспекции Минторга Валерьяна БЕСПАЛОГО; заместителя начальника главного управления по борьбе с экономическими преступлениями МВД Александра ЕВСЮКОВА; начальника отдела защиты интеллектуальной собственности и информационного обеспечения правоохранительной деятельности Минской центральной таможни Ирину ИВАНОВУ и генерального директора Ассоциации компаний информационных технологий (АКИТ) Дмитрия АНАНЬЕВА.

Ирина Осмола.

Ирина Иванова.

Игорь Буссель.

Валерьян Беспалый.
Александр Евсюков.
Дмитрий Ананьев.


«СБ»: Мы часто слышим термины «фальсификат» и «контрафакт». В чем различие? Существует ли их точное определение в законодательстве?

И.Буссель: Мне интересно, что скажут коллеги, но терминология контрафакта и фальсификата в национальном законодательстве не установлена. По моему мнению, понятие «контрафакт» связано, во–первых, с нарушением авторских прав, во–вторых, с продукцией, нелегально попавшей на рынок. Что касается «фальсификата», то его определение дано в Указе № 48 «О мерах по обеспечению государственного контроля за соблюдением требований технических регламентов»: продукция, которой изготовитель либо продавец умышленно придал внешний вид или отдельные свойства определенного вида продукции, но при этом она не может быть идентифицирована как продукция, за которую выдается. То есть в отношении фальсификации общее мнение есть, а что касается контрафакта, то оно довольно расплывчато.

И.Осмола: С точки зрения стандартов — государственных и международных, определение тоже отсутствует, поскольку априори считается, что стандарты направлены на развитие честного бизнеса, на производство качественной, безопасной, конкурентоспособной продукции. Поэтому контрафакт и фальсификат — сфера, которая не является объектом стандартизации ни в практике нашей страны, ни на пространстве Евразийского экономического союза.

«СБ»: CD–диски, которые по дешевке продаются в подземных переходах — это контрафакт или фальсификат?

В.Беспалый: Однозначно сказать нельзя, нужно посмотреть сопроводительные документы.

И.Буссель: С моей точки зрения, это контрафакт. Другое дело, если на упаковке написано Blu–ray, а внутри — просто СD–диск, тогда это и контрафакт, и фальсификат одновременно.

И.Иванова: Контрафактными в соответствии с Законом «О товарных знаках и знаках обслуживания» являются товары, этикетки, упаковки товаров, в отношении которых незаконно применены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение.

Д.Ананьев: Контрафакт и фальсификат сочетаются как общее и частное. Контрафактом может быть как и фальсификат, так и товар, не являющийся фальсифицированным, но рассматриваемый с точки зрения закона как контрафактный. Понятие контрафактной продукции приводится, например, в статье 39 Закона «Об авторском праве и смежных правах».

А.Евсюков: А мы стараемся уходить от таких определений, как «фальсификат», «контрафакт», используя их в общении с населением, прессой. Законодательство не борется ни с контрафактом, ни с фальсификатом, а с нарушением прав на объекты интеллектуальной собственности, и эту борьбу мы называем «борьбой с контрафактом». Фальсификат, по нашему мнению, несет гораздо большие последствия для бюджета страны и гражданина, потому что он не всегда является качественным товаром. Порой использование фальсифицированного товара может привести и к летальному исходу. Контрафактом же может быть товар, выпущенный официальным производителем, но попавший на рынок с нарушением каких–либо законов об использовании товарных знаков, объектов интеллектуальной собственности. Оборот контрафактных товаров наносит ущерб преимущественно частному сектору (правообладателю), при этом большинство из его представителей не являются субъектами хозяйствования Беларуси. Хотя от контрафакта конкретный житель страдает меньше, чем от фальсификата, нельзя недооценивать ущерб этого явления для международной репутации и инвестиционной привлекательности страны. Есть ведь еще и третья категория — нелегальный товар. Например, это керамическая плитка, купленная одним субъектом хозяйствования на заводе, а потом реализованная за наличный расчет другому субъекту без соответствующих сопроводительных документов. Такой товар подлежит изъятию. Так что правильнее говорить о борьбе с нелегальным товаром, опасным для здоровья фальсификатом и в чистом виде контрафактом.

«СБ»: А что более опасно для потребителя?

И.Иванова: Фальсификат однозначно, ведь это вопрос качества.

И.Осмола: Но в плане экономики страны серьезная опасность исходит и от контрафактной продукции. Это не только недополученные налоги, но и, например, недобросовестная конкуренция. Легальному производителю, который выпускает товар согласно всем нормам, трудно удержаться на фоне роста дешевой контрафактной продукции.

Д.Ананьев: Существует миф, что контрафакт в отличие от фальсификата — это якобы преступление без жертвы. На самом же деле здесь в роли жертвы преступления выступает и потребитель, и предприятия, и общество, и государство.

«СБ»: До сих пор много разговоров вокруг ситуации с рынками, где многие продавцы оказались не готовы работать легально...

Д.Ананьев: Очень много в СМИ и на дискуссионных площадках идет демагогии на этот счет: под эгидой защиты прав и свобод индивидуальных предпринимателей кроются очень опасные тенденции продвижения интересов нелегального бизнеса, которые могут нанести урон не только потребителю, но и государству, и деловому сообществу Беларуси.

И.Буссель: На рынках зачастую можно увидеть весь клубок проблем. Там товар неизвестно где пошитый, непонятно, как он произведен, неясно, уплачены ли налоги, и, в конце концов, все заканчивается прямым обманом потребителя. Наиболее часто встречающееся нарушение в отношении технических регламентов Таможенного союза ТР ТС 007/2011 и ТР ТС 017/2011, распространяющихся на продукцию легкой промышленности, в том числе для детей, — это неверно указанный состав ткани. Продавец пишет на этикетке 100% хлопок, хотя даже на ощупь понятно, что там хлопка не больше 10%.

Д.Ананьев: АКИТ рассматривает положение, при котором индивидуальные предприниматели имеют возможность ввозить товары в Беларусь без документов, как шлюз, который порождает многочисленные преступления. Мы недавно запустили проект «тайный покупатель», поводом для него стали многочисленные эпизоды, когда индивидуальные предприниматели завозили электронику и реализовывали без идентификационных знаков. Кроме того, если они ввозят товар без документов, то они не обременены обязательствами, которые берут на себя члены нашей ассоциации: уплата налогов, сертификация продукции, ее гигиеническая регистрация. И здесь же факт не только занижения налогов, но и во многих случаях попросту ухода от них, то есть ввоз в Беларусь огромного количества товара «в черную». И судя по тем объемам, в которых электроника реализовывается через интернет, мы полагаем, что во многих случаях под видом индивидуальных предпринимателей работают организованные группы, на системной основе. И это непосредственно сказывается на экономике страны, дискредитирует деловое сообщество. Они создают негативный имидж настоящим предпринимателям. В результате органы государственной власти периодически принимают резкие меры, от которых страдают в первую очередь ответственные компании, которые работают «по–белому».

«СБ»: Но еще в прошлом году вывески «товар не сертифицирован» не отпугивали покупателей?

Д.Ананьев: Мы проводили исследование и выяснили, что покупатели часто не видят разницы между легальными и нелегальными продавцами, руководствуясь тем, что производитель–то один. Недобросовестные участники рынка активно стараются стереть эту грань. Но что значит товар, купленный у такого продавца? Что будет делать покупатель при поломке?

И.Буссель: Пока условный нелегально ввезенный холодильник у человека работает, он доволен покупкой, все хорошо, но как только что–то ломается и невозможно отремонтировать технику по гарантии, в покупателе сразу же включается добросовестный потребитель. И он отправляет письма в Минторг и в Госстандарт с просьбой наказать нечестного продавца. Уж если покупаешь яблоки, свинину, диски на стихийных рынках, тогда не жалуйся — это действительно право выбора.

И.Осмола: Интересный пример. За границей существует стандарт социальной ответственности для производителей ИСО 26000 — он очень объемный, больше ста страниц. В нашей стране он пока не принят. Идея такова: предприятие, внедрившее такой стандарт, гарантирует, что продукция выпускалась с использованием социальных норм: без детского труда, к персоналу относились гуманно, с соблюдением всех экологических норм и правил и т.д. Такая продукция маркируется соответствующим значком. Конечно, ее стоимость выше, но образованный покупатель отдает ей предпочтение, потому что хочет быть социально ответственным. Понятно, что это воспитание общества. Особенно важно, если речь идет о производителе из Китая, Индии или Вьетнама.

«СБ»: А где добросовестному покупателю узнать больше, чтобы не купить контрафакт?

В.Беспалый: Государственными органами будет формироваться перечень опасной продукции. Министерство торговли на своем сайте уже размещает список конкретных товаров конкретного производителя, запрещенных для оборота или ввоза в страну и не соответствующих требованиям.

Д.Ананьев: АКИТ сейчас изучает возможность реализации проекта по выявлению поддельных сертификатов, с которыми товар ввозится из России. Это будет база данных, доступная для правоохранительных органов, чтобы работающие «по–черному» бизнесмены в попытках обелить товар в нашей стране не пользовались фактически купленными ложными сертификатами. Мы попробуем запустить такой проект на уровне электроники и бытовой техники. Их оборот в денежном эквиваленте уступает разве что продуктам питания.

Фото Виталия ПИВОВАРЧИКА


И.Буссель: Если на бытовом уровне, то вот совет: когда покупаешь, посмотри, кто будет осуществлять гарантийные обязательства. Если тот, кто и продает, — на 99% нелегальный товар.

И.Осмола: В стране существует реестр всех выданных сертификатов — общегосударственный доступный ресурс. Любой потребитель может зайти на него и посмотреть, есть ли сертификат с таким номером в базе, на что он распространяется. Продукция в сертификате всегда очень четко идентифицируется, если речь о партии, то она уточняется вплоть до ее размера. И выявить незаконно выданный именно в Беларуси сертификат — это нонсенс, ситуация у нас контролируется.

И.Буссель: С проблемой нелегальных, а попросту говоря, купленных сертификатов, мы не справимся без помощи правоохранительных органов. У нас сейчас развелось много контор–посредников, которые помогают получить необходимые документы. Достаточно набрать в поисковике такой запрос — и десятка два предложений точно высветятся. Наглая реклама приходит даже на электронные ящики сотрудников Госстандарта!

«СБ»: А что изменилось после принятия Указа № 48?

И.Буссель: Самое главное — появилась возможность по информации об административном правонарушении в области безопасности и качества продукции одному из пяти надзорных органов назначить внеплановую проверку без уведомительного принципа. Так работает весь Евросоюз.

И.Осмола: Сейчас в ЕАЭС разрабатывается международный договор об общей безопасности продукции, на которую нет технических регламентов. Такая же схема действует и в ЕС: есть обязательные документы, а также законодательство, которое говорит, что продавец и производитель несут ответственность за любую продукцию, выпускаемую на рынок.

И.Буссель: И второй важный документ планируется в ЕАЭС, согласно которому будут определены единые принципы государственного надзора. Но очень сложно договориться с другими участниками из–за разных подходов, и я не тешу себя надеждой, что он очень скоро появится.

И.Осмола: Сегодня установлено 35 технических регламентов, всего определено 66 объектов технического регулирования, на которые будут распространяться обязательные нормы. Осталось не так много: примерно 14 объектов находятся сегодня на стадии согласования... Но часто мы слышим от индивидуальных предпринимателей, что их заставляют все подряд сертифицировать. Это не так. Технические регламенты распространяются далеко не на всю продукцию. Есть государственная регистрация Минздрава, ветеринарный сертификат Минсельхозпрода, разрешительных документов достаточно много, но у страха глаза велики. Что касается декларации, то даже на основании собственных лабораторных исследований ты подписываешь документ установленной формы и гарантируешь потребителю, что продукция безопасна. Процедура несложная, нужно лишь пройти регистрацию декларации, но при этом, конечно, надо иметь подтверждающие документы, что продукция действительно безопасна. Для легального добросовестного производителя процедура отработана, к тому же компетентные органы всегда ему помогают.

«СБ»: Какая продукция у нас является наиболее проблемной?

И.Буссель: Скажу в отношении технического регламента ТР ТС 007/2011 — продукция легкой промышленности для детей и подростков, в первую очередь одежда и обувь. Точно такой же проблемный регламент ТР ТС 008/2011 — игрушки. Когда мы два–три года назад ходили на рынки и нас обступали, спорили, то есть опять же занимались демагогией, я всегда говорил: мы по указанным техническим регламентам проверяли и будем проверять, потому что дети есть у всех. Только тогда напряжение немного спадало, потому что спекулировать детьми и их здоровьем никому не хочется.

А.Евсюков: Нас больше беспокоит в этой сфере алкоголь, который наносит ощутимый вред здоровью людей. В стране его теневой оборот за 2015 год — примерно 53,6 миллиона литров. Это приблизительно на 3,8 триллиона рублей. И это не может не влиять на предприятия, которые производят алкогольную продукцию, ведь если в теневом обороте идет рост, то соответственно в легальном — снижение. Плюс не надо забывать и о качестве фальсификата. Мы недавно собрали то, что изымается, в том числе российская марка водки «Белая береза», сделали анализ и выявили несоответствующие примеси и градус — примерно 35. В то же время читаю комментарии, мол, хорошая водка, «мягко идет». Но нет гарантии, что на этом нелегальном производстве завтра не окажется метиловый спирт...

«СБ»: А какая ситуация с сигаретами, которые все чаще попадают в новостные сводки?

А.Евсюков: В России и Украине на долю «серых» сигарет приходится около 30% рынка. Обычно они произведены сверх нормативных объемов на фабриках. Причем преимущественно это фабрики частные. Известны примеры, когда в Украине был большой оборот известных марок табачных изделий, в том числе белорусских, которые производились на мощностях как легальных, так и нелегальных фабрик. И контрафакт, и фальсификат в одном лице. В Беларуси речь преимущественно о легальных сигаретах, впоследствии оказавшихся в нелегальном обороте.

И.Буссель: Тут все зависит от наших предприятий. Они должны узнавать, что где–то нелегально производят их продукцию. Как было с «Коммунаркой», когда они сообщили подобную информацию в органы внутренних дел. Но большинство, такое чувство, спят в шапку и не слишком беспокоятся о своей продукции за границей. Наиболее на слуху продукция животного происхождения, мясная и молочная, которая подделывается на территории России. Не буду называть конкретный сыродельный завод, но технолог рассказывал, до чего дошло: когда приехали проверять, только по какой–то неправильно отпечатанной букве определили, что не наш товар. Уровень недобросовестных субъектов растет.

И.Иванова: Могу сказать, что, например, иностранные производители алкоголя обеспокоены контролем за рынком. Около 30% товарных знаков, включенных в национальный таможенный реестр, — это знаки алкогольной продукции, в том числе пива. Правообладатель либо его представитель может обратиться в Таможенный комитет с заявлением о принятии мер по защите его прав на товарный знак, охраняемый на территории страны. Если принято положительное решение, товарный знак включается в указанный реестр, и если при совершении таможенных операций будут обнаружены признаки нарушения прав, таможенные органы приостанавливают выпуск товаров, уведомляют правообладателя или его представителя и ожидают реакцию от него. Он в свою очередь может обратиться к нам с заявлением об отмене приостановления либо о привлечении виновных лиц к ответственности или же обратиться за защитой своих прав в другие компетентные органы. Такой инструмент достаточно эффективен. Если никакого обращения не последовало, то через 10 рабочих дней мы выпускаем товар. Как видите, опять–таки многое зависит от позиции правообладателя.

«СБ»: Эта позиция звучала на недавнем международном форуме по антиконтрафакту: таможенные реестры внутри ЕАЭС не совпадают. Получается, предприимчивый предприниматель может ввезти такую продукцию в Россию, а оттуда уже без всяких препятствий в Беларусь?

И.Иванова: Поэтому мы и рекомендуем включать свой товарный знак во все национальные таможенные реестры. В будущем, надеемся, и в единый таможенный реестр государств — членов ЕАЭС. В итоге появится еще один барьер на пути контрафакта.

«СБ»: А как отслеживается ситуация с нелегальной продукцией?

В.Беспалый: Это и проверки, и информация от других официальных органов, и обращения граждан. Рычагов много. Но просто по анонимному звонку мы проверки не проводим. Если уже гражданин обратился, то он должен не только представить свои данные, но и быть готов участвовать в судебном заседании.

Д.Ананьев: АКИТ параллельно с Минторгом проводит мониторинг интернет–магазинов. Информации, размещенной в открытых источниках, достаточно, чтобы идентифицировать с большой вероятностью, что продается нелегальный товар. Кроме того, в ассоциацию входят официальные дистрибьюторы и дилеры, именно они нам дают информацию о легальных товарах, на основании которой можно предполагать, что та или иная продукция фальсифицирована. А для простого покупателя уже в этом году планируем провести добровольную аттестацию интернет–магазинов. И там, где будет стоять наш знак качества, он станет гарантией, что товар легален. Еще мы сейчас запускаем «горячую линию», где будем принимать все сигналы, в том числе анонимные, если они будут содержать информацию о совершенном или готовящемся преступлении. Мы эту информацию обрабатываем, перепроверяем и передаем в соответствующие органы.

И.Буссель: За каждым субъектом хозяйствования проверяющего не поставишь. Это тоже нужно понимать. Во всем мире надзор имеет свойство выборочности. За прошлый год мы проверили более 20 тысяч наименований продукции, из них лишь 12% оказались небезопасными для здоровья и 14% не соответствовали заявленным качественным характеристикам. Главный признак — низкая товарная цена. Не может быть дешевый товар безопасным и качественным!

И.Осмола: С точки зрения маркировки можно привести в пример косметическую продукцию. Каждый день мы все пользуемся различными кремами, шампунями, мазями. Есть технический регламент Таможенного союза ТР ТС 009/2011, где определен перечень веществ, 1.328 наименований, которые запрещено использовать во всех косметических средствах. И он постоянно расширяется. Но что если мы покупаем какое–то средство с кричащими обещаниями «поможет похудеть» или «разгладит морщины», а эффект не наступает? То есть оно может быть безопасным по составу, но не оправдает наши ожидания. В Европейском союзе есть правила, которые заставляют производителей доказать, что рассказы о свойствах средства являются правдой. Поэтому сейчас в этот технический регламент готовятся изменения, которые пропишут общие критерии обоснованности заявлений в отношении свойств парфюмерно–косметической продукции. Все хотят платить деньги за то, что покупают качественный товар. И регламенты — это общемировая практика, когда государство берет на себя заботу о гражданах и определяет перечень продукции, которая по разным критериям может быть небезопасной. И завозить можно лишь ту, которая соответствует минимальным критериям безопасности. Мы, как и другие страны, делали это до появления ЕАЭС, сейчас же просто объединяем наши усилия на общем рынке. Невозможно рассчитывать лишь на добросовестность производителей и рынка.

А.Евсюков: В сфере незаконного оборота потребительского импорта у нас за 2015 год выявлено более 5.240 правонарушений — плюс 30% по сравнению с предыдущим годом. В первую очередь это одежда, продукты. Сюда же входит реэкспорт санкционных товаров в Россию, это 848 тонн яблок, слив, киви и других товаров якобы белорусского производства. Когда мы устанавливаем, что имела место такая противоправная деятельность, но товара уже в наличии не оказывается, тогда рассчитывается сумма вывезенной продукции и взыскивается в доход государства.

И.Иванова: В свою очередь, таможенными органами в 2015 году изъято более 250 тысяч единиц продукции, ввезенной с нарушением прав интеллектуальной собственности.

А.Евсюков: В последнее время МВД совместно с ГТК участвуют в международных операциях «Черный Посейдон», «Опсон», связанных с оборотом контрафактной продукции как товаров народного потребления, так и продуктов питания. Эти операции проводятся ежегодно под эгидой Интерпола. Участие Беларуси в совместных со странами ЕС, Азии и Америки мероприятиях поднимает имидж страны на международном уровне, что отмечено даже в ежегодном отчете США о состоянии дел в сфере борьбы с контрафактом в нашей стране.

«СБ»: Выходит, у Беларуси такая работа идет сразу по двум направлениям: с одной стороны — безграничное пространство, с другой — граница с Западом. Товары разные в этих сферах?

А.Евсюков: Потоки товаров, естественно, разные. Конечно, основное количество продукции — из России. На вывоз в Европу — табачная продукция, на ввоз — бытовая и электронная техника. Причем не всегда ее можно учесть, если человек ввез для себя, это его собственность. Есть организованные группы, которые свозят товары в «общий котел», а потом продают через интернет или на рынках. И это тоже нарушение, ведь официальных документов на такой товар нет, как и гарантии на обслуживание.

Д.Ананьев: Интересно, что около 30% писем, направленных АКИТ интернет–магазинам, возвращаются в связи с отсутствием получателя по указанному адресу. Это тоже иллюстрирует проблему: объем недобросовестных дельцов в интернет–торговле электроникой и бытовой техникой достаточно большой. Этих торговцев нет на рабочих совещаниях, которые проводятся госорганами, например, Минэкономики, Минторгом, с участием представителей делового сообщества. Отсутствуют они и на заседаниях отраслевых ассоциаций и республиканских конфедераций. Их нет нигде! Хотя если бы нелегальные продавцы начали легализовываться, то мне как директору ассоциации было бы легче отстаивать их интересы на основании имеющихся фактов в плане уменьшения количества административных барьеров. Ведь сейчас мировая практика предполагает: «вводя одну норму, отменить две» — для упрощения административных процедур, чтобы увеличить оборот, естественно, легальный.

Советская Белоруссия № 19 (24901). 
Автор публикации: Ольга ПАСИЯК, Антон КОСТЮКЕВИЧ

Телефон доверия
#моямилиция